Эмир Кустурица: «Кино, через которое я понял себя»

07/06/2017 11:100 комментариевПросмотров: 121

C Эмиром Кустурицей мы пытались встретиться целый год. И хотя у нас были все договоренности, каждый раз, выезжая из Черногории на встречу, приходилось разворачиваться, так как обстоятельства менялись. Он мог сесть в свой вертолет и улететь внезапно в Сербию. Или срочно собраться с гастрольным туром в Москву. Или еще куда-нибудь. Интервью с неуловимым режиссером состоялось-таки в боснийском городке Чаплина, где он заканчивал съемки своего последнего фильма. С Моникой Беллуччи и собой в главных ролях. Фильм, повествующий об истории любви во время боснийской войны, уже вышел на большие экраны. Мировая премьера состоялась на Венецианском кинофестивале в октябре 2016 года. Интервью было опубликовано в английской версии журнала “Аэрофлот”. Вниманию читателей – переведенная на русский язык беседа.

ПРО КИНО

? Эмир, спасибо за то, что смогли уделить время. Я понимаю, что свободный вечер после трудного дня – это очень важно. Кстати, как вы обычно отдыхаете после съемок?

– Сплю. Человеку необходимо всего-навсего перезарядить батарейки и снова обрести энергию. И для этого я просто отдыхаю. Проблема в том, что мы столько работаем в течение достаточно долгого времени, что иногда приходится делать перерывы. Вот как сейчас, когда после пятидневной паузы мы входим в последнюю фазу съемок – финальные полтора месяца. Поверить не могу! Это был такой сложный фильм. Начал снимать его, когда был готов, но не учел, что съемки будут в основном на натуре, а погода была просто отвратительная. Но я не переживаю, потому что знаю: когда съемки не идут гладко, результат, скорее всего, будет хорошим.

? Насколько комфортно вы себя чувствуете здесь, в Боснии?

– Я родился в Боснии, после своего отъезда из Сараево жил в Америке, в том числе, Латинской, а также в Париже в течение одиннадцати лет. Но потом вернулся в Сербию. На мой взгляд, Белград, по-прежнему, центр всего Балканского региона. А возвращаясь в Боснию, или Герцеговину, я приезжаю на знакомую мне землю. Это очень светлая и кинематографичная территория. И для меня приезд сюда – это возвращение в аутентичные края. Здесь много солнца, много белого цвета. И эта земля ко мне очень благосклонна, в том числе, ее люди.

? Ваш новый фильм про религию?

– У этой картины необычная история. Началось все со съемок 15-минутного фильма в рамках серии кино о различных религиях. Это была работа о православии, где я сыграл роль. Сценарий полнометражного фильма был дописан мной уже потом. Большой – вытек из маленького. Таким образом, финальная история у меня уже была. Я должен был вернуться к началу и середине.

? Расскажите, пожалуйста, о персонаже, которого вы играете, это ведь монах, верно?

– Да, верно. Сюжет основан на идее Уильяма Фолкнера, высказанной им в одной из своих книг: герой хочет совершить самоубийство, но, так как, он католик, не может этого сделать. Поэтому он ищет оправдание, чтобы не убивать себя. Дело в том, что пятнадцать лет назад он вынудил одну женщину сделать аборт (а надо сказать, действие происходит еще минус 50 лет назад, в достаточно пуританской среде). Объяснение, почему он не должен убивать себя, состоит в том, что если он это сделает, никто не вспомнит о женщине, в которую он был влюблен. И никто не вспомнит о любви, которую он пережил.

В этом фильме я играю человека, влюбленного в женщину-шпионку. Ее преследует одна военная организация. Во время ее бегства мы влюбляемся друг в друга, в конце она погибает, и я хочу покончить жизнь самоубийством. Но один человек говорит мне: «Если ты убьешь себя, кто будет помнить об этой любви, кто будет помнить об этой женщине?» Этот девиз кажется мне важным для того, чтобы связать периоды его жизни.

? Я слышала о том, что первую историю, ставшую основой фильма, вам рассказал Никита Михалков.

– Верно, это притча о солдате. Он каждый день выходил из барака и ехал за пять километров за молоком на осле. По дороге он встречал змею, и, узнав, что та любит молоко, всегда поил ее. В конце войны ему несказанно повезло: однажды змея выползла на середину дороги и не давала ему пройти двадцать минут. Когда он вернулся в город, то с ужасом обнаружил, что в его бараке всех убили. И он понял, что спасся благодаря змее. Вторая часть – его бегство.  Третья – период его монашеской жизни.

? Вы славитесь своим перфекционизмом, насколько довольны результатами работы на сегодня?

– Знаете, я благодарен  тем трудностям, через которые мне пришлось пройти, и тем, как странно развивается этот процесс: от конца к началу через истории, рассказанные кем-то. На первый взгляд, выглядит громоздко, но в финале, думаю, буду удовлетворен результатом. Главное в жизни художника, это когда он видит плоды своего труда, когда он ими доволен и может поделиться с остальными людьми. Благодаря этому жизнь художника обретает смысл. Верю в то, что мой фильм  поможет мне в этом. И я буду счастлив приехать в Москву, чтобы представить работу российским зрителям.

? Моника Беллуччи, суди по всему, и играет девушку, в которую влюблен ваш герой. Каково это – работать с Моникой Беллуччи?

– Возможно, это звучит, как стереотип, но для нее работа здесь очень отличалась от большинства фильмов, где она снималась. В основном режиссеры использовали ее в амплуа роковой женщины. Я не знаю мизансцен, где было бы видно ее человеческое начало. И мне кажется, что в этом фильме я показал это максимально, в меру собственных сил. Думаю, для нее будет незабываемым опыт. Особенно из-за кинематографического процесса, в котором она не преподносится как роковая красавица, а как женщина с собственными проблемами, с внутренними травмами, и ей, мне кажется, удалось придать роли человечность.

? Местные люди говорят, что она очень простой в обращении человек.

– Это, действительно, так. Моника очень приятный человек, с ней легко разговаривать и чувствовать себя комфортно. Чаще всего звездные актеры, знаменитости, не очень доступны. А она совершенно другая.

ПРО СЧАСТЬЕ И ПРИОРИТЕТЫ

? Не так давно вы приезжали в Герцег-Нови, где вам вручили награду «Печать герцога Шчепана». И там, на традиционной книжной ярмарке вы презентовали свою книгу, сборник рассказов «Сто бед». О чем она, и как вы находите время  для того, чтобы еще и писать?

– Некоторые части этой книги, точнее, книг – их уже две, а теперь в процессе еще и третья – я написал, когда ездил по России, во время гастролей с моей музыкальной группой «Бубамара». В отличие от многих музыкантов, которые зря тратят время на телевизор, дурацкие фильмы, я музыкант, который, как только появляется свободная минутка, берет компьютер и начинает писать. Вот так я и работаю последние 7-8 лет. И очень рад, что время между концертами мог заполнять воспоминаниями, впечатлениями. Самовыражался посредством еще одного таланта, который мне дал Бог, – писательством.

? Похоже, вы счастливый человек: делаете то, что любите! Хотите снимать кино – снимаете, играть музыку – играете, писать – пишете!

– Да, мне очень повезло. Ведь я сделал столько всего, что этого хватило бы как минимум на три жизни. Может быть, именно поэтому и не чувствую себя на свой возраст. Веду себя порой так, будто мне на 35 лет меньше, чем на самом деле. Я не говорю о том, как выгляжу. В этом фильме, например, мне нужно было физически соответствовать возможностям человека, гораздо более молодого. Задавая себе вопрос — почему так? — предполагаю, что, видимо, я счастливчик.

? И все же, в чем человек может найти корень такого счастья?

– Знаете, Федор Михайлович Достоевский говорил о том, что страдание – источник познания. Поэтому если вы хотите знать, нужно страдать. Мой метод съемок очень непростой.  Он требует большой вовлеченности, очень выматывает. Но эта усталость соразмерна результату, уравновешивающему тяжелые моменты моей жизни. Так что существует глубокий религиозный цикл, через который я прохожу, когда делаю свою работу. Особенно, если я доволен результатом. Если вижу, что сцена прекрасна, что где-то что-то удалось. Поэтому все эти элементы, если их рассматривать в контексте жизни и процесса съемок, вы увидите, что две трети – это сложности, но одна треть – это результат других двух. И это, пожалуй, и есть успех моей жизни. Сейчас у меня новый проект: я хочу производить здоровую органическую еду.

? По-моему, у этого проекта есть будущее.

– Мир сейчас находится в ужасной форме. Поэтому у художника – преимущественное положение. Чем хуже ситуация в мире, тем лучше тому, кто наблюдает за ним со стороны и отражает его через искусство. И свою роль в улучшении экологической ситуации я вижу в производстве здоровой органической еды для людей. Уже делаю органические соки в своей деревне Мокра Гора и собираюсь начать более крупное производство в конце этого года. Это будет, по крайней мере, попыткой движения в сторону, противоположную вектору, в котором движется весь мир. И я верю в социальную ответственность, поэтому хочу пойти против тренда и сделать хотя бы свой маленький личный вклад в то, чтобы дать людям органическую еду, если я не могу дать им органическое кино.

? Вы тщательно выбираете, что сами едите?

– Я ем очень мало. Люблю хорошую еду всех кухонь, главное, чтобы без ГМО. А когда играл роль этого монаха, то, вообще, перестал пить алкоголь. То есть весь последний год не пью, не курю, веду себя как настоящий монах. Поэтому так похудел и нахожусь в хорошей форме.

? А ведь в одном интервью вы сказали, что, возможно, когда-нибудь действительно уйдете в монастырь, станете монахом. Что вы имели в виду?

– Я, по-прежнему над этим размышляю. Потому что я абсолютно предан идее эмоциональной интеллигентности и считаю, что этого людям не хватает сегодня. Я могу представить себя посреди пустыни разговаривающим с девой Марией или с другими святыми. В общем, когда вы мало едите, то теряется контроль над сознательной частью мозга, и можно перелететь в другой мир, невидимый и неведомый другим людям.

 ? Что об этом думает ваша семья?

– Я с ними об этом не говорю. Они не читают мои интервью.

ПРО ПЛАНЫ И ПРИЗВАНИЕ

? Сейчас жизнь настолько ускорилась. Каждую неделю происходят тысячи событий, и иногда кажется, что это гораздо интереснее любого фильма.

– Сегодня очень сложное время для кинематографа. Если сравнить то, как снимались фильмы в 70-х и сейчас, это совершенно разные истории. Если хочешь увидеть какой-либо фильм, можно зайти в Интернет и посмотреть там. Но не нужно забывать, что когда вы смотрите кино через на маленьком экране компьютера, вы не испытываете такого эмоционального воздействия, которое могли бы испытать, если бы смотрели его на большом экране. Но всем все равно. 10 лет назад провели опрос в Columbia pictures:

«Вы предпочитаете смотреть фильмы в кинотеатре или на компьютере?»

И ответ был: «На компьютере».

«Почему?»

«Потому что мы можем позвонить по телефону, пока смотрим фильм».

Поэтому кино теряет свое влияние. Иногда оно гремит на фестивалях, но очень редко оказывает большое влияние в кинотеатрах. Я предсказываю, что в будущем будут два типа кинотеатров. Первый – в торговых центрах, там будут показывать дурацкие голливудские фильмы (Россия, к сожалению, находится под очень большим влиянием этих глупостей). И некоторые специализированные кинотеатры, которые никогда не будут такими большими, как в 20 веке. В итоге они станут таким же, как опера в наши дни. Вы иногда ходите слушать оперу, потому что вы хотите испытать массу эмоций, вы хотите увидеть мир, больший чем жизнь, и так будет с кино. Кино находится под большим влиянием гаджетов и многих инноваций, они  дают возможность стать частью действия, но не прочувствовать кинофильм так, как раньше.

? Для режиссера трудная задача — удивить публику.

– Для меня это большая проблема. Мир, в котором есть CGI, спецэффекты. Я пытался так долго закончить этот фильм, потому что все время думал о том, что хочу выразить себя, и в то же время условия кинопроизводства совершенно изменились.

? О чем будут ваши будущие проекты?

– Не знаю. Какое-то время я еще не буду снимать кино. Как я уже сказал, буду заниматься органической едой, исполнять музыку, потому что это проще. Возможно, сниму фильм, но я все меньше чувствую себя частью этого мира, где, как вы сказали, происходят тысячи событий, и каждое из них тянет на фильм. Они в каждом гаджете, какой бы вы ни включили.

? Говорят, вы можете стать мэром столицы Республики Сербской– города Требинье?

– Ха-ха. Это очень смешно. Я большой друг господина Додика, президента Республики Сербской. И если будет нужно ему помочь, я это сделаю. Но не хочу влезать в политику. Мне кажется, у меня нет для этого достаточного влияния. Хотя кто знает…

? Вы построили уже два города: Дрвеноград, и последний — Андричград.  

– Это еще одно приключение, совместное с господином Додиком. Город построен в уникальном историческом месте. Там вы увидите смешение стилей со всей Европы, но также почувствуете запах чевапчичей (сербских кебабов) и узнаете, что у сербов был писатель уровня Томаса Манна – Иво Андрич. Как так вышло? Потому что он не забывал своих корней, и все его драмы и эпосы проистекают из земли, на которой он родился.

? Как раз именно сегодня многие испытывают трудности с самоидентификацией потому, что отрываются от своих корней.

– Знаете, для меня это очень просто. Если вы живете в гармонии с собой – что бы вы ни делали, вы можете быть счастливым и успешным. И можно менять мир через свою деятельность. Я, например, могу организовывать фестивали, приглашать людей, играть музыку, делать все, чтобы оставаться самим собой. И когда приезжаю в Москву, я не просто режиссер, который играет музыку, я привожу с собой мир, в котором живу.

? Что помогает человеку найти свое призвание?

– Один мой знакомый парень мечтал стать космонавтом, но у него были плохие зубы. В итоге он стал очень хорошим механиком. Всем нужно освободить какую-то часть энергии, чтобы получить ее обратно и понять, кто он, и куда ему нужно идти.

Беседовала Светлана Руцкая

Беседовала Светлана Руцкая

Это трудно, нужно быть очень удачливым, чтобы понять, для чего ты родился. Это непросто. В моем случае, это было кино, через которое я понял себя. Без кино я бы не стал тем, кем сейчас являюсь.

Автор фото – Роман Череватенко

Tags:

Оставить комментарий